Политкомиссия революционных
коммунистов-социалистов
(интернационалистов)
по созданию
Всемирной Единой Партии-Государства трудящихся


La Commission Politique des Communistes-Socialistes Révolutionnaires (Internationalistes)
pour la Fondation de l'Unité Parti-Etat Mondial des Travailleurs



Лаборатория мир-системного анализа
Фонда "Центр марксистских исследований"


среда, 10 июня 2015 г.

Сергей Дацюк: Революции - это реакторы будущего: цивилизационный контекст украинской революции

Представление Маркса о том, что «революции — локомотивы истории», необходимо пересмотреть (К. Маркса «Последствия 13 июня 1849 г.», из цикла «Классовая борьба во Франции» (1850) (К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. 7, М.— Л. 1956, с. 86)).

В линейной методологии Маркса, где одна общественно-экономическая формация линейно сменяла другую, революции представлялись локомотивами, которые тащат историю по проложенной «железной дороге» между известными станциями — общественно-экономическими формациями.

С точки зрения марксизма существует заданная логика истории, так называемая всемирно-историческая необходимость, которую невозможно преодолеть. В этом смысле классификации революции производились по соответствию тем «станциям» на исторической «железной дороге», где останавливалось для технологического освоения мотивационного пространства человечество. Линейная последовательность строев не была жестко задана, хотя и не отрицалась: первобытно-общинный, рабовладельческий, феодальный, капиталистический, коммунистический (с его начальной социалистической фазой).

Революции - это реакторы будущего. Таков принципиально новый взгляд на революцию. Никакой линейной «железной дороги» истории не существует. У истории, вопреки Ясперсу нет никакого предназначения. Можно говорить лишь о чисто субъективном увеличении эмансипации как историческом тренде, но это лишь способ организации нашего представления об истории. Потому что то, что нам кажется эмансипацией с точки зрения истории, есть иная и не менее сильная зависимость от некоторых других условий и обстоятельств с точки зрения будущего.

Сущность революции в том, что нельзя принципиально предсказать ее результат ни из какого однолинейного или даже многолинейного прогноза. Революция потому и революция, что она не тащит мир по некоторому пути, а создает новый мир и новые его пути. Иначе говоря, реакцию в реакторе революции принципиально нельзя предсказать не потому, что мы не знаем результатов реакции реагентов, а потому, что мы никогда не знаем даже, что именно считать реагентами.

Революции касаются изменения целого мира, даже если он меняется в каком-либо отдельном и Богом забытом месте. В этом смысле Великие революции - это цивилизационные реакторы будущего. Наиболее успешными являются те революции, которые преодолевают изначальную теорию условий своего возникновения и диктуют необходимость принципиального пересмотра теорий, с которыми люди начинают революцию.
Даже если изначально деятелям революции кажется, что они выполняют какую-то очень стандартную процедуру реформ, образцы которых известны, то логика революции неизбежно выталкивает их за всяческие стандартные образцы, принуждая создавать новые образцы и новые стандарты.

Революции неизбежно превращают всякие реформы в инновации, потому как устанавливаемые ими ценности (мотивационные и мыслительные установки) всегда не соответствуют наличным образцами, эталонам и нормам.

Революции всегда делают иное, нежели планируют революционеры. И делать это иное революционеров вынуждает сопротивление старого мира потугам революции. Чтобы преодолеть такое сопротивление, чтобы выиграть неизбежную при этом войну, нужно больше, нежели какие бы то ни было реформы. Нужны цивилизационные инновации, важные для всего человечества.

В этом смысле, наиболее успешными являются те революции, которые из своих экономических и политических предпосылок в процессе собственного осуществления добираются до цивилизационных основ — создают новые системы мотиваций, изменяют онтологические представления о мире, открывают новые транзитологические перспективы человеческой цивилизации, порождают новые концептуальные поля и предлагают новые реальности, которые может использовать человечество.

Цивилизационная картинка мира во время украинской революции

Современный мир вошел в мировой кризис в 2008-ом году. В некризисное время мир может развиваться как угодно интенсивно — медленно, быстро или вообще никак. Однако в кризисное время инновации имеют критическое значение. Именно поэтому в процессе мирового кризиса решающее значение для любой из человеческих цивилизаций имеет способность к инновациям — их разработке, производству, внедрению, а также к культурному захоронению старого и отжившего свое.

К началу мирового кризиса у элит разных частей мира существовали следующие цивилизационные установки относительно способностей к инновациям.

Исламские страны в своих цивилизационных ориентациях окончательно обозначили себя как цивилизационное паразитирование. Имея возможность в демографическом плане вести экспансию в Европе, мусульмане оказались неспособны ни принять мыслительные установки европейцев, ни воспринять мотивационные установки американцев. Демографическая экспансия мусульман на фоне их социально-экономического экстремизма превращается в серьезную проблему для человечества.

Китай и Россия целенаправленно делали ставку на этатизм, то есть на государство, сращивание которого с крупными корпорациями позволяет реализовывать масштабные цивилизационные проекты. Однако к концу ХХ века оказалось, что наличие огромных финансовых и организационных ресурсов у государства отнюдь не гарантирует реализацию масштабных цивилизационных проектов. Как только государство учреждает подданническую идентичность и освобождает граждан от необходимости брать на себя ответственность за разные аспекты собственной жизни, серьезно снижается пассионарность этих граждан в долгосрочной перспективе, хотя прорывы и рывки здесь могут быть. При этом интеллектуалы теряют творческую свободу и принципиально не могут производить те самые масштабные цивилизационные проекты, для которых государство и может вводить мобилизационный режим в обществе. Поэтому для государства остается единственный путь — война, как самый значимый цивилизационный проект в этих условиях. В этом смысле война России и/или война Китая - это единственный путь цивилизационного развития, если элиты этих стран не изменят свои цивилизационные установки. Способ ведения войны здесь не имеет особого значения. Как и наличие ядерного оружия не может существенно повлиять на цивилизационное развитие. Цивилизации являются более мощными образованиями, нежели любые возникающие препятствия технологического свойства. Цивилизационные вызовы сильнее угрозы применения ядерного оружия. Поэтому ядерное оружие ничего принципиально не добавляет к силе цивилизации и ничем ее развитию или упадку не препятствует.

К началу мирового кризиса Запад раскололся. США и Европа решили по-разному выйти из проблемы ограничения мотиваций потребительского мира в том, что касается общих устремлений, целей, ориентаций.

Цивилизационные ориентации Европы институциональный рационализм, то есть именно рационально простроенные институты и процедуры на фоне всеобщего благоденствия и процветания масс могут позволить выйти на обобщения цивилизационного уровня. Однако в процессе такого обобщения оказывается, что интеллектуалы теряют мотивации широкого горизонта перспективы. Интеллектуалы привязываются к потребительским мотивациям, к технологическим процедурам и институтам, превращаясь в креативный класс. Суть креативного класса в том, что он не может дотягиваться мышлением очень далеко и глубоко, теряет способность к самомотивации и к самостоятельному изменению мыслительных усновок. Без способности европейских интеллектуалов к самомотивациям и изменению мыслительных установок на фоне постмодернистского нигилизма с его установками на отказ от онтологии во имя метафизики, отказ от метанарративов во имя нарративов повседневности, европейская цивилизация очень быстро утратила цивилизационный горизонт развития, подменив его блестящими формами институциональной и технологической организации общества. В отличие от России и Китая интеллектуалы Европы оказались привязаны не к государству, а к потребительскому обществу и его ригидным гражданским структурам.

Цивилизационные ориентации США бихевиористкий рационализм на момент окончания Третьей мировой (Холодной войны) и этический рационализм Хабермаса на момент написания этой статьи. США — единственные, кто сумел, хотя всего лишь на уровне элиты, осуществить инновационный переход в мотивациях. Если бихевиористкий рационализм исходит из коллективных действий, продиктованных актуальной ситуацией (ситуация как стимул - реакция как ответ на стимул), то этический рационализм в своей основе имеет цивилизационную составляющую — этические императивы и принципы выводят рационализм за пределы непосредственно актуальной ситуации.

Цивилизационная установка США — позволить интеллектуалам осуществлять самомотивацию, исходя не из внешних предписаний (процедур и правил институтов), а исходя из внутреннего представления требований кантовского категорического императива. Именно поэтому идеи европейца Хабермаса стала более затребованными американской элитой, а не европейской.

Раскол Запада состоит в следующем. Мыслительные установки способны менять европейские элиты, но они не способны менять мотивационные установки. В том же время мотивационные установки способны менять американские элиты, но они не способны менять мыслительные установки. Российские и китайские элиты не способны менять ни мотивационные, ни мыслительные установки.

США все еще могут производить некоторые научные и технологические инновации, которые подхватываются миром, но они не способны предложить ни новые горизонты для человеческой цивилизации, ни новые мыслительные установки под эти горизонты. Проблема США — в отсутствии серьезной философской традиции. Проблема Европы в том, что философская традиция есть, но она целенаправленно уничтожается потребительским обществом и институциональным диктатом надгосударственных норм.

Инновационный потенциал исламских стран — нулевой, поскольку мусульмане в лучшем случае с опозданием идут вслед за западной цивилизацией.

Инновационный потенциал Китая выше нуля и продолжает медленно расти, поскольку пока Китай накапливает инновации, просто воруя их у западных стран, но при этом развивая и постоянно масштабируя способности к внедрению инноваций и производству собственных инноваций. Если Китай не сможет революционизировать даосизм-конфуцианство, его цивилизационный потенциал быстро достигнет предела.

Инновационный потенциал России — отрицательный, в стране началась откровенная архаизация и происходит блокада не только западных инноваций, но и блокада разработки собственных.

Европейский инновационный потенциал резко снизился за последнее время, и если ничего не предпринять, то Европа скоро будет похожа на Россию.

Инновационный потенциал США все еще сохраняется на высоком уровне, но США не вытягивают задачу решения проблем мирового кризиса в одиночку без интеллектуальной энергии Европы, с архаизированной Россией, с жестко оппортунистическим Китаем, не желающим брать на себя никаких глобальных функций, и с откровенно паразитирующими исламскими странами.

Для цивилизационного рывка и выхода из мирового кризиса человечеству сегодня нужно одновременно изменить и мыслительные, и мотивационные установки, осуществляя при этом инновации на уровне самоорганизации всего человечества.

Предусловия и вызовы украинской революции 2013-2015-ых годов

Ко времени украинской революции 2013-2015-го годов Украина испытывала на себе все последствия мирового кризиса, дополненные попыткой России выйти из мирового кризиса за счет возвращения общества к старой имперской логике. Российской элите казалось, что возвратив свои былые колонии и воспроизведя неравный обмен с ними, она сможет серьезно поправить собственное весьма незавидное положение.

Украинская элита, как собственно и российская, была жестко ориентирована ни обогащение и на борьбу за власть. Украинская элита принципиально не была способна ни на какие инновации. Лишь украинское общество, в своем ментальном коде содержащее установки на этический рационализм, подобный такому же у США, оказалось способно на историческое действие — свержение режима власти, который закрывал все возможности позитивного будущего для страны.

Однако общество может лишь свергнуть одну политическую власть и поставить на ее место другую. Подлинную революцию может осуществить лишь элита.

В этом смысле парадокс украинской революции состоит в том, что она произошла в стране, элита которой была практически не готова к революции.

Поэтому возникает вопрос — почему случилась украинская революция? Почему ментальность гражданского общества оказалась мощнее ментальности элиты этого общества?

Именно плотность, интенсивность и высокая технологичность коммуникации в Украине породили особое состояние гражданского общества, где эгрегор оказался сильнее элиты. Низкая способность украинской элиты к публичной коммуникации, избыточная конфликтность украинской элиты по поводу частных, корпоративных и партийных целей, все еще продолжают сдерживать процесс инноваций в Украине.

После гражданского протеста 2013-2014-х годов украинская элита оказалась под тройным ударом: 1) давление собственного украинского общества; 2) давление российской контрреволюционной войны; 3) давление западных институтов относительно жесткого принуждения к реформам.

Однако это тройное давление на украинскую элиту не привело ее к необходимости институционально отрефлексировать свою отсталость, нестратегический характер, необходимость превращения реформ в инновации.

Невозможность противостоять гражданскому давлению своего общества вынуждает украинскую элиту находить решения, колеблясь между западными реформами и российским давлением архаизации. Однако украинская элита оказалась неспособной сделать две важные для собственной революции вещи: 1) обнаружить и пытаться в себе воплощать другие мотивационные установки (кроме обогащения и борьбы за власть); 2) подвергать сомнению и изменять собственные мыслительные установки.

Оказалось, что мыслительные установки, порождающие позитивную перспективу и новые возможности (новые цивилизационные горизонты) связаны с благородными мотивационными установками. Украинская элита уже освоила доблесть, но все еще испытывает дефицит благородства.

Всегда удивляет простое на первый взгляд обстоятельство. Вот есть элита — обеспеченные деньгами и властью люди. Они вполне могут в любое время отрефлексировать собственную несостоятельность, привлечь специалистов, пройти обучение, психоанализ, потратить собственные усилия и измениться.

Однако на практике это оказывается невозможным. Получается как в той байке — «ёжики кололись, плакали, но продолжали лезть на кактус».

Возьмем, к примеру, одного из крупных украинских олигархов. Среди его консультантов наверняка были такие, которые говорили о необходимости кардинально пересмотреть видение мира, изменить способ управления бизнесом, нарабатывать новую политическую практику и т.д. Однако человек предпочел потерять бизнес и влияние, но не измениться.

Это какое-то проклятие украинской элиты. Иногда кажется, что бизнес-политический идиотизм заразный. Стоит попасть умеренно богатому человеку в среду олигархов, как у него отключаются мозги, он теряет рефлексию, утрачивает способность к адекватному восприятию реальности. Что бы кто критичного не говорил такому человеку, он не слышит, потому что срабатывает синдром олигархического идиотизма: олигарх не верит никому, кто беднее его, а те, кто богаче его, оказываются еще большими социальными идиотами, чем он сам.

Пока идеалом для большинства представителей украинской элиты было стать олигархом или политиком, у нее не было будущего. Именно отсюда патологический оппортунизм украинской элиты и неспособность к солидарным действиям с гражданским обществом. Даже благотворительность олигарха или политика не может его изменить, потому что он лишен главного — открытой солидарной коммуникации с гражданским обществом. То есть олигарх или политик не может прийти и говорить на равных с обществом ни на круглом столе, ни не форуме, ни на телевидении. Ему подавай лишь вип-события коммуникации, то есть события, где гарантированно присутствует статусная коммуникация, где людей без статуса к коммуникации просто по формату не допустят.

Главная проблема украинской элиты — отсутствие даже начальных представлений о цивилизационной работе. Украинская элита никогда не решала вопросов цивилизационного уровня — она всегда предпочитала быть в фарватере другой, внешней цивилизации.

Как вывести украинскую элиту на цивилизационный уровень задач?

Украинская элита плохо справляется даже на примитивном уровне проведения реформ по наличным нормам, эталонам и образцам. А Украине нужны цивилизационные инновации.

Элиту нельзя исправить никакими радикальными социальными действиями. Как ее ни критикуй, как ни прессуй, она будет тупо обогащаться и стремиться к власти.

В этом смысле представление Маркса о том, что «насилие — повивальная бабка каждого старого общества, беременного новым» нужно пересмотреть (из сочинения «Капитал» (т. 1, гл. 31) Карла Маркса (1818—1883)).

Насилие — необходимый, но далеко не достаточный процесс обновления общества в ситуации мирового кризиса. Само по себе насилие, без интеллектуального, рефлексивного, направленного на цивилизационные основания и перспективы мышления изменить мировую ситуацию не в состоянии. Инновации, вооруженные необходимым насилием, — образованная повивальная бабка истории. Если интеллектуалы бездействуют и/или если интеллектуально-инновационный процесс не поддерживается бизнес-политическими элитами, то войны сами по себе не производят новую цивилизацию — они могут лишь разрушить старую.

Тем более изменить общество не может люстрация сама по себе. Люстрация - это процесс физического освобождения институтов от элиты с устаревшими представлениями. Однако люстрация работает в негативном плане — отрешает от власти неадекватных и консервативных людей внутри элиты. Какой процесс, однако, может работать в позитивном плане — создавать содержательно инновативных людей внутри элиты?

Совсем еще недавно именно Майдан стал пространством межстратовой коммуникации, которое произвело весьма наглядное преобразование представлений Украине о самой себе — как стране, общество которой может генерировать инновации вопреки элите.

Возможно, нам нужен Институт Майдана. Не как собрание майдановцев всех мастей. Задача Института Майдана внутри страны — поддержание межстратификационной коммуникации в обществе, генерирование хотя бы социальных инноваций в различных сферах общества.

Однако Институт Майдана не будет способен генерировать цивилизационные инновации, то есть вряд ли он сможет принять на себя вызовы человеческой цивилизации — что не так с человечеством, каковы его перспективы, что может сделать Украина для себя и человечества. Здесь нужны интеллектуальные клубы, занимающиеся мышлением. И эти клубы должны выходить на уровень проблематики мирового кризиса человечества. То есть вокруг Института Майдан должны быть интеллектуальные клубы.

Украина в контексте целей развития тысячелетия ООН

15 лет назад ООН окончательно расписалась в собственной несостоятельности. Целями развития тысячелетия в 2001 году на 15 лет (до 2015-го года) были объявлены материальные, физико-биологически и потребительски понимаемые цели — жизнь, здоровье, экология, начальное образование.

ООН пыталась ввергнуть человечество в потребительскую повседневность на протяжении 15-ти лет. И ей это удалось. Нынешний мировой кризис и нынешняя наша война это заслуга ООН и посеянной ей всечеловеческой скуки.

ООН не объявляла в качестве условий развития ни одной трансцендентной цели. В этом году ООН снова будет слушать предложения по новым целям развития тысячелетия. Там будет и Путин выступать, между прочим. И еще множество вип-обывателей разного политического калибра. Почему-то в ООН считается, что национальные политики разных стран имеют представление о том, что нам делать в следующем тысячелетии.

Нет пределов этому общечеловеческому идиотизму. Как итог, мы можем снова получить на уровне решения ООН потребительские обобщения на краткосрочную перспективу.

Человечеству же нужна трансцендентная перспектива — развитие философии вне рамок практических задач, производство конструктивистской революции в науке и философии, общечеловеческая колонизация планет вне Земли, практическое освоение виртуальности, инженерное освоение нанореальности и астрореальности, целенаправленное исследование иномерных-иноразмерных реальностей (Внемирности), попытка обнаружения пришельцев неочевидным образом, исследование феноменов духовного нерелигиозного развития человечества, постановка и исследование проблемы формирования единого человечества, обеспечение усиления мирового влияния гражданского общества на фоне потери монополии на политику государств и корпораций, исследование альтернативных путей развития человечества (псионический, генноинженерный, кибернетичский, виртуальный) т.д.

Очень может быть, что развитые страны, находящиеся в ситуации потребительской повседневности (Запад), зомбированной агрессии (Россия), экстремистского ресентимента (исламские страны) или конфуцианско-буддистской отрешенности (Китай, Индия) окажутся неспособными предложить человечеству какие-либо трансцендентные цели.

В этом смысле у Украины есть возможности, потенциал и способности предложить принципиально новые цели развития тысячелетия для ООН. Кто их предложит в ООН от Украины? Не видно ни одного украинского политика, который бы размышлял о долгосрочном будущем человечества на цивилизационном уровне. В интеллектуальной же среде Украины этот вопрос нужно поставить и обсудить. Скорее всего, украинским интеллектуалам будет что предложить ООН.

Во время революции нужно глубоко размышлять и мечтать о несбыточном. Приход рутины произойдет очень быстро. И война закончится как-то внезапно, и революционная пассионарность увянет очень скоро.

Пора украинцам думать о целях развития человечества на ближайшее тысячелетие. Все в наших руках, пока не настала рутина.

11 комментариев:

  1. Анонимный10 июня 2015 г., 13:54

    Из обсуждений на форуме:

    Kirill Serebrenitski
    Опять - непременно: "всемирность". Почему-то ни один социалист не хочет соорудить социализм своими руками. А это намного проще, казалось бы, чем завоевание планеты Земля. Два-три соратника (если их нет, то можно, ради победы над капитализмом, жениться...Показати більше

    Костянтин Рахно
    Кирилл, Вы это существо всклокочённое, с горящими глазами городского сумасшедшего видели?
    С Донбасса. Левое до мозга костей. Называет себя "апатридом". Отрицает нацию, приставал к лидеру УГКЦ с требованием отказаться от упоминания украинцев. Боготворит революции 1789 и 1968 года. Кажется, голубой. Автор Интернетных "монографий".
    По странности жизни в Украине, почему-то этот самопальный философ пользуется респектом.

    Kirill Serebrenitski
    А зачем мне на него смотреть ? Мне букв вполне достаточно. "Кажется, голубой" - это и про меня всё время пишут, (по фото определяют, хотя на них только лицо; я ни разу в жизни не фотографировал свою задницу). Коммунистам, судя по комментариям, моя внешность тоже не особо нравится, биография у меня чудовищная во всех отношениях, и публикуюсь я только в инете, увы.

    Костянтин Рахно
    Олеже, не ти його, а він тебе, кандидата, має піарити. Це як із "лектором" Г. Став буття з голови на ноги. Дацюк - міський юродивий, "фрік".

    ОтветитьУдалить
  2. Анонимный10 июня 2015 г., 13:55

    Kirill Serebrenitski
    Я просмотрел этот текст, хотя обычно этого не делаю, серпо-молотов и мохнатого рыла карлы-марлы-дрыхенгельса мне вполне достаточно для вывода и комментария.

    Конечно, ничего нового. Всё новое и свежее о социализме уже сказал Карламарладрыхенгельс, а наиновейшее и наисвежейшее - два других красных гнома, Бакунин и кн. Кропоткин. Единственное - не совсем привычное, - то, что автор признаёт, что социальные изменения - всё-таки цикличны. а не линейны. То есть отлетает в сторону "прогресс" - основная опора моднейшего неомарксизма, (он же иваноефремизм - братцестругацкизм). (Ну надо же, как быстро они это сообразили; и тысячи лет не прошло со времён св. Томаззо Аквината). Но это побочная оговорка.

    Главное тут вот что: " наиболее успешными являются те революции, которые из своих экономических и политических предпосылок в процессе собственного осуществления добираются до цивилизационных основ — создают новые системы мотиваций, изменяют онтологические представления о мире". Собственно, этой фразой можно ограничиться. Остальное - рассуждение, что изменение мотиваций - это очень хорошо, а то, что их не делают - плохо.

    То есть всё опять сводится к магическим недрам сознания. Вроде бы его, сознание, по кралымарле определяет бытие. Но всё время они на этом как-то спотыкаются, и, когда речь заходит о революциях, застенчиво признаются, что всё-таки для изменения бытия нужно сначала изменить сознание. Как это сделать - данный тов. автор не говорит вообще. Сделать же надо следующее: убедить всех людей планеты, что с завтрашнего дня работать надо не ради зарплаты, а во имя светлого будущего, страждущего человечества, построения планетарного социализма и просто - потому, что для пролетария труд это счастье. Больше труда - больше счастья.

    Автор, насколько можно понять, обещает никого не убивать и не пытать для изменения мотиваций. Он осуждает аппарат тоталитарного государства (этатизм), считает, что это была ошибка. То есть - в качестве основной движущей силы революции, видимо, предлагается надрывная задушевная проповедь. Которая всех ленивых сделает трудолюбивыми, всех корыстных бескорыстными, а всех вредных акул капитализма - полезными карасями социализма. Вообще-то, Христианство и Ислам уже очень давно пытаются то же самое сделать с помощью веры в Бога, и то - не слишком успешно. У христианской цивилизации на это ушло уже 2000 лет, и конца края не видать. А тут это же самое предлагается осуществить быстро, и - без веры в Бога. Видимо, у автора есть золотая рыбка или волшебная палочка, - взмах, и мотивации изменились. Но пока не время её показывать несознательным массам. Только товарищам по партии.

    ОтветитьУдалить
  3. Анонимный10 июня 2015 г., 13:55

    Как именно нужно осуществить изменение мыслей и мотиваций, автор не сообщает, но зато объясняет, кто именно может это сделать: "Подлинную революцию может осуществить лишь элита". Поскольку автор очень сильно хочет революции, то - предельно ясно, кто должен именно стать элитой. Чтобы всем было хорошо. А вот это уже вполне традиционно для социалистов, от времён с французских энциклопедистов. "Мы знаем, как создать рай на земле, но вам не скажем, вы несознательны и всё равно не поймёте. Просто поверьте нам на слово. Дайте нам власть, и всё. Ненадолго. Чесслово, мы против этатизма и вообще против насилия, это всё правые хотят, все этатисты на самом деле правые. А вы посмотрите на нас - мы же левые-прелевые. Мы никого не обидим. Просто всем всё разъясним. Когда власть у нас будет. Только нам нужна абсолютная власть, иначе разъяснение не удастся. Будет неубедительно".

    Поскольку левые эксперименты длятся уже сто лет, то значительную часть подобных текстов сейчас всегда занимает это самое последнее столетие. Здесь автор уверяет: СССР - это было неправильно, ошиблись немного. В Китае ошиблись. В Камбодже ошиблись. Вьетнам, Лаос, Эфиопия, Ливия, Ирак, Афганистан, Варшавский договор, все три Гвинеи, Ангола и Мозамбик, Албания и Югославия, Куба, Никарагуа, Мексика, - итд., включая остров Гренада, - это всё были ошибки. Извините, мы исправились. В Украине теперь всё будет просто замечательно. Мухи не обидим, просто гуманными мерами изменим её мотивацию.

    Ах, нет, я недочитал. Это он поначалу пишет, что насилие нехорошо. А далее: "Насилие — необходимый, но далеко не достаточный процесс обновления общества .... Само по себе насилие, без интеллектуального, рефлексивного, направленного на цивилизационные основания и перспективы мышления изменить мировую ситуацию не в состоянии. Инновации, вооруженные необходимым насилием, — образованная повивальная бабка истории". То есть без насилия всё-таки никак.

    ОтветитьУдалить
  4. Анонимный11 июня 2015 г., 0:41

    Kirill Serebrenitski

    Да ну, гадость всякая. Карлы-марлы - это квази-религиозное сектантское учение, похожее, например, на сциентологию или опусы Блаватской. (Тоже имевшие грандиозный и долговременный успех). Все карло-марло-тексты - без какого-ибо исключения, последние 170 лет, - это схоластическая интенсификация пяти-шести сакральных формул, по определению ложных. "Пролетариат", "капитал", "классовая борьба" и тд. - это гипертрофированные реалии викторианской Западной Европы 1860х годов, на основании коих начертан некий план действий для планеты Земля и вообще всей галактики на ближайший миллион лет.

    ОтветитьУдалить
  5. Анонимный11 июня 2015 г., 10:08

    Александр Волынский:

    А Тора это реалии Вавилонского пленения из которого сделаны глобальные выводы о "преступлении, наказании испасении". А Евангелия это реалии захолустной римской провинции. А Коран реалии аравийского поселка.
    Дело не столько в сакральных формулах, сколько в реальной практике. Практика марксизма не уступает по размаху кровавых преступлений и достижений мировым религиям, так что сравнения с сектой явно не уместны.
    Я понимаю, месье Serebrenitski, как и я воспитывался на обязательном изучении Диамата и Истории Партии в исполнении бывших трактористов, но эта профанация не может изменить марксизм, как глупость пьяного попа не может изменить христианство.
    Но вот когда Ильинов считает, что Сталин это хорошо, потому что ТАК БЫЛО НУЖНО это моральное извращение в иезуитском духе. Вообще, сознательное оправдание зла говорит о мерзости душевной. Я вот не люблю Ильинова за моральные недостатки, а Серебренитскому симпатизирую за этическую брезгливость. Не по идейным соображениям Серебренитский от Ильинова отшатнулся, а по брезгливости. Конечно, для Ильинова такая брезгливость только повод для обычного ерничания.

    ОтветитьУдалить
  6. Анонимный11 июня 2015 г., 12:35

    Kirill Serebrenitski:

    Я считаю, что именно базовые постулаты марксова учения - это симулякры (как сейчас принято выражаться). То есть осознанная, продуманная, эффективная ложь. (Именно поэтому я считаю, что аналоги Макрса - это именно Хаббард, Блаватская, Рерихи и тд. То есть успешные шарлатаны, которые преднамеренно соорудили свои доктрины - из яркого увлекательного меланжа фрагментов чужих теорий, - преимущественно модных и свежих в соответствующие времена). Дело, собственно, не в Марксе. Я убеждён, что весь комплекс теорий социального прогресса - это фатальное заблуждение, за которое Европа так чудовищно дорого расплачивается: мировыми войнами, социальными экспериментами, разнообразными большевизмами и советизмами.

    ОтветитьУдалить
  7. Анонимный11 июня 2015 г., 16:42

    Алексей Ильинов:

    Кирилл Игоревич, при всём моём уважении к нему как к историку и этнологу, опять, уж извините, «наивность» демонстрирует, ибо Великая Французская Революция и персонально Наполеон являются «катализаторами» сего «процесса». Если ему так тошно от прогресса, технократии, глобализации и Модерна, то первое, что нужно сделать — пристрелить, простите за «каламбур», Бонапарта как «прогрессора» и вернуться в «благословенный» феодализм!
    Смешно, что наши «антитоталитаристы», что особенно забавно, «маскируются» треуголкой Наполеона, забывая о том, что политологи и историки истоки авторитаризма и тоталитаризма XX века как раз в наполеоновской эпохе и обнаруживают.
    А на Маркса и Энгельса Наполеон оказал влияние прежде всего тем, что в 1813 году, священной дате и для немецких националистов, и для немецких консерваторов, и для немецких социал-демократов, и даже для немецких коммунистов, были запущены процессы объединения Германии, которая до того была раздроблена на множество княжеств, королевств и «вольных городов». Пруссия сплотилась против Наполеона и это вызвало великий национальный подъём, которому и Маркс был не чужд. А Энгельс так вообще сражался во время революции 1848 года. За Имперскую Конституцию и будущий Второй Рейх, как это не парадоксально!

    ОтветитьУдалить
  8. Анонимный11 июня 2015 г., 16:44

    Kirill Serebrenitski:

    Основные поступаты, насколько я знаю - это экономизм, прогрессизм, материализм, коллективизм, антирыночные теории и классовая борьба. Я убеждён, что человек - существо совершенно не экономическое и не материалистическое, совершенно не забоится о своих экономических интересах, а наоборот, - постоянно пытается вырваться из параметров самообеспечения. Уровня благосостояния, на котором человек мог бы успокоиться, не существует. Мифологическое сознание жаждет не большего, а иного. Материализм - это фантомное сооружение: все поиски некоей материи - это всего лишь переливы и всплески мифологических сценариев. Реальность, возможно, существует, но для человека она совершенно непознаваема, потому, что наше сознание - панмифологично. Сама по себе привычная формула "поверить доказательствам" взрывает любые материалистические конструкции -потому, что из неё следует, что любые доказательства - это всего лишь категории веры. Никакого социального прогресса нет, и никогда не было. Есть непрерывные модификации социума, они цикличны и часто совершенно спонтанны. Можно проследить в них некоторые закономерности, но все они локальны, ограничены этническими, историко-культурными и географическими локусами. Рынок - это о и есть экономика, экономика - это и есть рынок. Все попытки соорудить нечто вне рыночных взаимоотношений - это всего лишь проекты новых административных, идеократических и тд. паразитов. (На любом рынке есть охрана и есть нищие. Но парадигма рынка - это дихотомия продавец/покупатель. При этом вполне можно представить себе некие безумные сценарии, в которых власть над рынком захватывают охранники, или нищие, или грузчики. Это будет, тем не менее, тот же рынок, только абсурдизированный, больной, отягощённый изнурительными болезненными наростами). Никаких классов нет и никогда не было. Есть конгломераты, корпорации, страты, патерналии, кланы и тд., и прежде всего - этносы, разграниченные жёсткими этно-историко-культурными (сиречь, мифологическими) фронталами. Человечество - это благостный фантом. Нет никакого глобального человечества, как нет глобального кошачества, птичества или паучества. Тем более, нет никого планетарного пролетариата, буржуазии и тд. Заводские рабочие Парагвая не имеют ничего общего с такими же рабочими в России, и наоборот. Социальная реальность (в параметрах социальной мифологии, конечно), - это индивидуальности и столкновение индивидуальных устремлений. Эти устремления всегда спиритуальны, (ибо мифологичны), и никогда даже близко не касаются материальной заинтересованности, наоборот - именно она и приносится в жертву при любом противостоянии. Во главе любой группировки стоит индивидуальность, любые коллективы - это творение индивидуальной воли и индивидуальных амбиций. Никакой классовой борьбы не было в истории, и нет сейчас.
    All this has happened before. All this

    ОтветитьУдалить
  9. Анонимный12 июня 2015 г., 1:34

    Неомарксист:

    Типичная постмодернисткая чушь. В экономическую эру, в которую мир вступил после Великой Французской Революции, главенствующим принципом социальной онтологии стала экономика. Можно от этого прятаться, можно не замечать, можно камуфлировать за различными квази-идеологиями, но экономика правит миром. Как ни крути. Да, глупо применять принципы ист-мата к племенной организации в Зимбабве, но в современном мире, на современном этапе развития цивилизации, хотим мы того или нет, главенствующим подходом для объяснения социально-политической действительности становится экономика. Тот, кто этого не видит или не признает, становится похожим на фанатика-толкиниста (поклонника произведений Толкиена), живет в своем волшебном мирке, где существуют гоблины, эльфы, борьба ведется исключительно на фронте идеологий и религий, цивилизаций и сверх-ценностей. Надо найти в себе силы и признать, что движущей силой современного общества является экономика и экономический интерес индивида, групп индивидов, и обществ. Война за рынки, нефть, ресурсы. Все цинично, никакой лирики. А марксизм лишь расставляет в этом мире все по местам и называет вещи своими именами. Что церковь под час становится защитницей интересов крупной буржуазии, что государство и патриотизм - придуманы крупными капиталистами для защиты своих интересов. Можно, конечно, напридумывать себе различных "мифологических фронталов", но в жизни все куда более прозаично и материалистично: циничная жажда наживы движет всем. Стоит только ткнуться носом в повседневную политическую реальность. Экономика - базис, политика - надстройка. Это, увы, верно. Верно для текущего момента, как бы не было это печально. Начиная с войны в Ираке, и кончая итогами президентских выборов в России, - везде мы увидим борьбу разных по размерам кланов и социальных общностей за рынки, сферы финансового влияния... А марксизм, что марксизм... он только наиболее удачно отвечает на вызовы логики ростовщика.

    ОтветитьУдалить
  10. Анонимный12 июня 2015 г., 1:36

    Алексей Ильинов^

    Браво, Анатолий, ибо Маркс — это ушат ледяной водицы на горячие головушки фантазёров, хотя Бонапарт, уж простите, не одобрил бы таких вот «фэнтези-косплей»-последователей, которые сбегают в ещё одну разновидность эскапистской «виртуальности». Революция 1789 года и наполеоновские войны, а также борьба с Наполеоном, породили весь современный национализм, с которым — о, парадокс! — очень даже «дружит» любезный Кирилл Игоревич.

    Был ли Наполеон одним из создателей вполне конкретной Французской Нации? Да, безусловно, ибо за ним, за его Личностью, стоит История. С точки же зрения постмодернизма важен отнюдь не исторический Наполеон Бонапарт и наполеоновская Франция как имперское континентальное государство, но, скорее, эдакое «племя бонапартистов». Это тоже интересно, но только в пределах какой-нибудь Role Play Game. Есть же немало компьютерных стратегий, посвящённых «Наполеонике»? ;-)))

    Меня вот, например, интересует именно геополитический проект Наполеона и особенно его современная версия — европейский континентализм генерала Шарля де Голля, предусматривающий могучий военно-политический и, главное, антинатовский альянс Франции, Германии и России. Сейчас его поддерживают, например, те же французские «новые правые», будь то Ален де Бенуа или Гийом Фай.

    ОтветитьУдалить
  11. Анонимный12 июня 2015 г., 1:37

    Неомарксист^

    =Браво, Анатолий, ибо Маркс — это ушат ледяной водицы на горячие головушки фантазёров=

    Алексей, спасибо! хотя вообще спорить с постмодернистами смысла нет никакого. я ещё понимаю критику марксизма слева или справа, но ведь постмодернисты просто деконструируют все смыслы и коды как Традиции так и Модерна, превращая их в бессмысленное мозаичное месиво, а самого человека - в социального шизофреника, дивидуума.

    ОтветитьУдалить

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...