Рассмотрим сначала «грязные дела», которыми занимались южно-африканские партийные «коммунисты» в роли пособников режима АНК.
Наглядным пособием для этого служит статья от 30-го июля 2001 г. в немецкой газете «Junge Welt» (Молодой Мир) одной из прислужливых дам режима АНК и «К»П Южной Африки Росвиты Рейх. Рейх писала: «Коммунисты ЮАР сегодня состоят в коалиции с Африканским национальным конгрессом и входят в правительство. Они (коммунисты) всегда находились на передовой линии борьбы против расизма и апартеида и внесли большой вклад в дело преобразования Южной Африки в демократическое государство. Прежде всего в годы освободительного движения с 1960 г. до демократического поворота в 1990 г. партия заслужила доверие АНК и большей части населения Южной Африки».
Для социальных революционеров и революционерок достаточно этого маленького абзаца, чтобы понять, что «К»П Южной Африки является типичной буржуазно-демократической партией. Для этого даже не нужно отвергать партию как форму организации. Материалистическая констатация этого факта так же не является заниженной оценкой личного мужества многих коммунистов во времена апартеида. Только смысл коммунистической организации состоит в борьбе за бесклассовое общество. АНК, с которым «К»П ЮАР состоит в союзе, только заменила расово чистую белую элиту черно-белой элитой. Южная Африка является сегодня таким же демократическим государством, как, например, Франция, и «К»П Южной Африки поддерживает эту демократию точно также, как, Французская коммунистическая партия во Франции.
И где тут коммунизм? По плану машинистов марксистско-ленинисткого локомотива на первой стадии коммунизма не предвидится. Тогда что же именно предвидится? Росвита Рейх объясняет нам: «На повестке дня стояла трансформация в нерасистский капитализм, а не преобразование в социализм. Коммунисты принимали (и принимают) участие в этом эксперименте, чтобы улучшить социальное положение угнетенных черных рабочих и в тоже время для того, чтобы не развалилась экономическая и общественная система».
«Экономическая и общественная система», которую «К»П Южной Африки так трогательно спасли от краха является, между прочим, классовым обществом. «Коммунисты» ЮАР участвовали в совместном правлении, но также немного заботились о социальным положением эксплуатируемых.
Также сама постановка вопроса о «нерасистском капитализме» - это чистая утопия. В социальной действительности классового общества такое «красивое» понятие, к сожалению неосуществимо. Расистские погромы иностранных рабочих и эмигрантов во время правления самого режима АНК подтверждают это однозначно. То, что партийный «коммунизм» оппортунистически приспосабливается к буржуазному сознанию класса в нереволюционное время и то, что партийные бюрократы часто сами же являются буржуазными мещанами с невероятными предрассудками не новость. К этому постоянному воспроизводству буржуазной идеологии со стороны партийного «коммунизма» относится разыгрывание националистической карты. Сначала «К»П ЮАР стояла на позициях белого расизма, позднее же поменяла его на черный национализм.
