Первая фаза коммунизма – это не государственный социализм с его национализацией, который критиковали и едко высмеивали классики, не тем более «рыночный», «эконом-персоналистский» и прочий денежный социализм, а «сеть производительно-потребительских коммун». Любой эклектический социализм есть ее враг и в коммунизм НЕ выводит, ибо коммунизм есть строй коммун (общин), а не огромная фабрика-«община», на которой в принципе невозможны коммунистические, то есть общинные отношения. Любой денежный социализм порождает денежную мотивацию и чиновника, что аннигилирует сам смысл коммунистического учения, направленного на уничтожение частной собственности и государства.
Согласно взглядам классиков, структурной ячейкой нового, посткапиталистического общества предусматривалась не всеобщая фабрика, а производительно-потребительная коммуна, в которой преодолевалось бы прежнее разделение труда на базе разностороннего технического образования и соответствующего ему научного воспитания коммунаров, а общество в целом представляло бы собой органичную сеть таких коммун, гармонично развивающих всю совокупность производительных сил страны по единому общему плану, причём не через товарно-денежные отношения между отдельными коммунами, а посредством научно-производственного обмена, организованного в масштабе всего данного социума.
Классики не могли еще видеть те изменения в производительных силах, которые мы наблюдаем сейчас, но их методологический подход, требующий начинать анализ способа производства со средств производства, позволяет прояснить тенденции развития не только технического и человеческого факторов производительных сил, но и производственных отношений между людьми.
Автономизация, роботизация, минимизация машин, создает основу, как и предполагал Маркс, ликвидации стоимостных отношений, ибо исчезает не только необходимость торговли, но и самого обмена. Товарно-денежные операции становятся бессмысленными в эпоху автономной энергетики и минифабрикаторов. Одежду, обувь, мелкие предметы обихода люди смогут уже в ближайшее время производить в домашних условиях (на 3D-принтеров), а транспортные средства, мебель, различные устройства, агрегаты и даже дома – с помощью больших 3D-принтеров, но только в том случае, если они смогут сорганизоваться в те «производительно-потребительские коммуны», о которых писали классики.
Итак, новые технологии дают второе дыхание коммунистической практике. Но не только. Они приводят в движение новый рабочий класс.
